О текущем состоянии экономики и банковского сектора, прогнозах по динамике ключевой ставки и инфляции, а также о развитии искусственного интеллекта в отрасли и о рынке труда в интервью ТАСС в рамках ПМЭФ рассказала генеральный директор — председатель правления рейтингового агентства "Эксперт РА" Марина Чекурова.
Марина Чекурова, генеральный директор - председатель правления рейтингового агентства «Эксперт РА» |
— ЦБ ухудшил прогноз по средней ставке на 2026 и 2027 год, несмотря на опасения экспертов по чрезмерному замедлению экономики. Стоит ли ожидать более существенного снижения ставки в конце года?
— Мы остаемся при своих ожиданиях равномерного снижения ставки примерно по 50 базисных пунктов (б.п.) на оставшихся заседаниях — с прогнозом в 12% в декабре. В 2027-м мы ожидаем шаги в 25–50 б.п. и снижение ставки к концу года до 9,5%. Ситуация в экономике, на наш взгляд, требует более быстрого и радикального снижения ставки. Темп смягчения может быть замедлен в случае каких-то внешних шоков или если бюджетная политика станет более мягкой.
— Видите ли вы признаки переохлаждения экономики или стагнации? Когда ситуация нормализуется и что сможет переломить этот тренд?
— Да, ситуация во многих отраслях экономики, даже имеющих бюджетное финансирование, может быть охарактеризована таким образом. Повышение налогов, ужесточение налогового администрирования и более жесткий контроль за расходами усиливают охлаждающий эффект. Роста нет, но нет и существенного падения. Такой баланс поддерживается за счет накопленных сбережений населения, которые компенсируют жесткую бюджетную политику и снижение инвестиционной активности. Перелом тренда произойдет при менее дорогих деньгах, что оживит экономику.
— Ранее вы отмечали, что таргет по инфляции 4% заслуживает пересмотра, в частности корректировки вверх. Почему и какие значения, на ваш взгляд, более адекватны на сегодня?
— Повышенные из-за массива санкций транзакционные издержки бизнеса и государства, необходимость продолжать структурную перестройку экономики, отрезанность России от глобальных рынков капитала, скорее всего, сдвинули оптимальный уровень инфляции. Новый целевой уровень мог бы отражать эти реалии, а достижение устаревших целей не требовало бы огромных усилий и потерь в росте и благосостоянии.
— Ожидаете ли вы продолжение тренда на ослабление рубля? Какое среднегодовое значение выглядит наиболее оптимальным?
— Мы считаем, что снижение ставок, закупки валюты для ФНБ и в целом корректировка "бюджетного правила" должны привести к некоторому ослаблению рубля даже в условиях низкого спроса на импорт и "инвестиционной зимы". Наш прогноз — средний курс 82 рубля за доллар в 2026-м, то есть немного крепче, чем в 2025, — остается в силе.
— На ваш взгляд, как дальше будет развиваться рынок труда в России в ближайшие два-три года?
— Рынок труда будет дефицитным, и ожидать большого притока трудовых ресурсов не приходится. Ставка все еще высокая, поэтому компаниям вкладывать средства в инструменты, позволяющие повысить производительность труда, затруднительно. Даже в случае существенного снижения ставки эффект будет отложенный, потому что все инвестиционные циклы достаточно длинные — шесть-семь лет, особенно в индустриальном секторе. Поэтому мы считаем, что в ближайшие годы рынок труда будет оставаться напряженным.
— Можно ли говорить, что банковский сектор зарабатывает "качественную" прибыль в 2026 году? Какую прибыль вы ожидаете по итогам года и за счет чего банки будут расти?
—В течение первого квартала 2026 года банки сохраняли высокий уровень прибыльности. При этом существенный вклад в финансовый результат внесла переоценка ОФЗ на фоне снижения ключевой ставки. Мы ожидаем, что устойчивый тренд на снижение ключевой ставки будет способствовать разморозке кредитования, что поддержит рост чистых процентных доходов. Дополнительную поддержку прибыли может продолжить оказывать положительная переоценка долговых ценных бумаг, в том числе ОФЗ. Мы ожидаем, что по итогам 2026 года сектор заработает 3,7–3,9 трлн рублей.
— Традиционно, сколько банков, по вашим расчетам, могут покинуть рынок в обозримой перспективе? Когда ЦБ перестанет отзывать банковские лицензии?
—Масштабная расчистка сектора уже завершена, сейчас отзывы лицензий носят преимущественно точечный характер. С начала 2026 года рынок покинули пять кредитных организаций, три из которых были присоединены к материнским структурам. Мы ожидаем, что уже к концу этого года число банков может опуститься ниже 300 (на 1 мая 2026 года в РФ 302 действующие кредитные организации — прим. ТАСС). В целом мы считаем адекватным последствием всех этих процессов сокращение числа банков на 5–10 в год.
— Банки пожаловались, что видят тренд на рост доли наличных платежей, что повышает их издержки. Как долго, на ваш взгляд, он может продлиться?
—Пока мы не фиксируем значимых изменений в спросе на наличные как на инструмент сбережения и средство платежа. Повышение НДС с 1 января с 20 до 22% не оказало значимого влияния на наличные платежи в масштабах всей страны, а вот неравномерное подкрепление наличными новых территорий, а также блокировки интернета могут кратковременно искажать статистику. Тем не менее доля безналичных платежей в розничном обороте с учетом сглаживания всплесков сохраняется на уровне порядка 90%, и мы не видим факторов, которые могли бы резко снизить ее.
— Может ли часть крупных компаний уйти из банковских кредитов в публичный долг, оставив банкам более рискованных заемщиков?
—Мы ожидаем увеличения доли облигационного фондирования в общей структуре корпоративного долга. Этому процессу будет способствовать продолжающееся ограничение рисков банковского сектора, что сдерживает темпы кредитования. Кроме того, качественные заемщики все чаще делают выбор в пользу облигаций благодаря большей гибкости данного инструмента, возможности привлечения средств на длительный срок, более выгодным ценовым условиям по сравнению с банковскими кредитами. Однако банковское кредитование по-прежнему будет оставаться доминирующим инструментом в структуре корпоративного кредита в экономике.
— Как банки будут зарабатывать на ИИ? Какой эффект будет первым: сокращение расходов, скоринг, взыскание, комплаенс, антифрод, продажи?
—Пока технологические лидеры банковского рынка понесли только затраты. Экономический эффект от них предстоит оценить только через несколько лет. На первом этапе пилотные эксперименты с ИИ в клиентской поддержке оправдали ожидания не в полной мере. Типовые обращения и ранее эффективно покрывались чат-ботами, а практически все жалобы и нестандартные вопросы ставят ИИ в тупик. Именно по этой причине банки пока не торопятся широко внедрять ИИ в премиальном сегменте, но продолжают тестировать для массовой розницы. Наибольшую эффективность ИИ показывает в рутинных операциях с выявлением аномалий и определенных характеристик, например становясь незаменимым помощником в антифроде (алгоритмы, проверяющие транзакции на предмет мошенничества — прим. ТАСС) в режиме онлайн. Предоставление ИИ широких полномочий в ближайшие годы маловероятно.
— Будет ли расти разрыв между крупнейшими банками и средними/малыми игроками? Не будет ли новой волны консолидации без формального отзыва лицензий?
—Крайне маловероятно, что в ближайшие годы число банков сократится в разы. Адекватная конкуренция на банковском рынке пока сохраняется в большинстве сегментов, а волна консолидации может иногда отступать: например, последние годы показали исключительную роль небольших периферийных банков для экономики, плюс высокая ключевая ставка отложила на несколько лет проблему "уставших собственников". Практика показала, что тысяча банков российской экономике просто не нужна. В ближайшие годы мы наверняка увидим дальнейшее снижение числа банковских лицензий по направлению к отметке в 270–280.
— Как снижение ставки рефинансирования повлияет на поведение инвесторов?
—Понятно, что произойдет отток из банковских депозитов в другие более рискованные продукты, в том числе и недвижимость. Мнение о том, что недвижимость не является рискованным продуктом, — иллюзия. Но приток в этот актив вряд ли будет большим, поскольку на сегодняшний день квадратные метры очень дорогие — сейчас продается то, что было построено в период высоких ставок. Скорее всего, инвесторы предпочтут более ликвидные инструменты — облигации и акции качественных эмитентов.
— В феврале 2024 года президент поручил удвоить капитализацию российского фондового рынка к 2030 году, чтобы она составила 66% от ВВП. Насколько достижима эта задача, какие шаги стоит предпринять?
—Начинать надо с повышения прозрачности, насколько это возможно в нынешних реалиях. Другой важный вопрос и на законодательном уровне, и на уровне поведения самих компаний — соблюдение прав миноритариев. Третий шаг — поддержание ликвидности рынка. Для этого компании-эмитенты должны прикладывать определенные усилия: быть готовыми к выкупу с рынка, к различного рода выгодным для инвесторов предложениям. Отдельного внимания заслуживает дивидендная политика. Розничные инвесторы, как правило, хотят видеть осязаемый поток "кеша".
— Замедление экономики сейчас циклическое или структурное?
—Можно сказать, что пока оно циклическое и созданное действиями регулятора. Но с учетом длящегося уже третий год подряд инвестиционного спада есть риск, что даже при улучшении условий у бизнеса просто не будет возможности расти — инвестиции надо будет делать заранее. В этом случае спад, усугубляемый к тому же негативными демографическими тенденциями, станет структурным.
Источник: ТАСС