Инвестиционная привлекательность регионов: рост в 2025 году и сдержанные перспективы на будущее

Поделиться

VK

Резюме

• Оценка инвестиционной привлекательности регионов в 2025 году улучшилась на фоне позитивной динамики большинства показателей экономического, социального и экологического блоков, медианное число¹ выросло с 0,59 до 0,66.
• Негативные тенденции в инфраструктурном и финансовых блоках не переломили общей тенденции улучшения инвестиционной привлекательности, при этом в региональном срезе произошли определенные перестановки. 17 регионов улучшили и столько же ухудшили свою позицию, в т. ч. обновилась пятерка лидеров, в которую теперь входят: Москва и Санкт-Петербург, Краснодарский и Приморский края, Республика Татарстан.
• Динамика показателей в текущем году неутешительная, инвестиции за I квартал сократились на 14,3%, рост реальных доходов сильно замедлился, а промышленного производства находится в околонулевой зоне (100,4% за январь – июнь). Доходы региональных бюджетов за шесть месяцев увеличились на 8,2% (в т. ч. ННД на 9,7%), при этом после рекордных дефицитов 2025-го регионы стараются не допускать опережающего роста расходов (он составил +5,7%), хотя значительная часть средств будет освоена под конец года.
• Инвестпривлекательность регионов по-прежнему определяется сдержанной динамикой на фоне жесткой денежно-кредитной политики, которая сокращает текущие инвестиции, но формирует отложенный спрос, при этом кадровая напряженность постепенно снижается в связи с охлаждением экономики. Ключевое влияние по итогам года окажут отраслевая структура экономики и бюджетные ограничения: регионы столкнутся с необходимостью оптимизации капитальных расходов при сохранении социальных обязательств, тогда как эффективность перераспределения ресурсов станет главным фактором успеха. Новые локальные точки роста возможны, но они, скорее всего, будут эпизодическими, а общий результат станет зависеть от способности регионов адаптировать бюджеты.

Инвестпривлекательность без тектонических изменений

После явного замедления динамики в 2024 году на фоне сохраняющейся макроэкономической нестабильности и геополитического давления в 2025-м слабый, но все же рост большинства индикаторов инвестиционной привлекательности регионов продолжился, хотя отдельные направления, в особенности финансовое состояние, оказались в зоне особого риска. В 2025 году, несмотря на обострение финансовых вопросов для большинства регионов и затухания импульса инфраструктурных проектов при неоднородной территориальной динамике по другим направлениям (экономика, социальный блок, экология), перестановки по сравнению с парой прошлых лет менее значительные. По итогам проведенной интегральной оценки инвестпривлекательности движение регионов между уровнями не превысило одного шага, при этом 17 из них улучшили свои позиции и столько же места потеряли.

Позитивный сдвиг показали: Амурская, Астраханская, Волгоградская, Воронежская, Ивановская, Кировская, Рязанская, Сахалинская, Тамбовская, Тульская области, Камчатский, Пермский края, Республики Адыгея, Крым, Удмуртская Республика; Санкт-Петербург и Севастополь. При этом более трети регионов этой группы показали позитивную динамику в рэнкинге как минимум второй год подряд.

Анна Чернова,
руководитель Агентства инвестиционного развития Волгоградской области:

«Сегодня в Волгоградской области реализуется комплекс мер поддержки инвестиционной деятельности, направленный на создание благоприятного инвестиционного климата и стимулирование притока капитала в регион. Если говорить о результатах в общем, то за 10 лет регион значительно сократил административные барьеры, ввел меры поддержки бизнеса и привлек свыше 2,7 трлн рублей негосударственных инвестиций».

Людмила Запорожцева,
министр экономического развития Воронежской области:

«Воронежская область за последние годы зарекомендовала себя как регион с высокой инвестиционной привлекательностью. Это подтверждается положительной динамикой объема инвестиций в основной капитал, федеральными инвестиционными рейтингами, оценками независимых экспертов и стабильным потоком компаний-инвесторов».

Иван Складчиков,
председатель Комитета по инвестициям Санкт-Петербурга:

«Санкт-Петербург два предыдущих года подряд ставил рекорды по привлечению инвестиций. Так, в 2024-м город по итогам года привлек 1 529,5 млрд рублей инвестиций в основной капитал. В 2025 году он вышел на объем инвестиций в основной капитал 1 734,8 млрд рублей. За пять лет суммарный объем вложений в экономику Санкт-Петербурга достиг 6,5 трлн рублей, а накопительный прирост индекса физического объема инвестиций составил 137%».

Татьяна Чуксина,
министр экономического развития и инвестиций Пермского края:

«Позитивная динамика – это следствие системной работы, которую регион последовательно ведет по нескольким направлениям одновременно. Первое – сокращение инвестиционно-строительного цикла и снижение административных барьеров. Второе – работающий институт приоритетных инвестиционных проектов. Третье – преференциальные режимы. Четвертое – налоговые условия. Пятое – ставка на технологическое предпринимательство. Шестое – кадровое обеспечение экономики. Наконец, зрелыми стали механизмы разделения рисков с частным инвестором».

Следующие регионы позиции потеряли: Архангельская, Белгородская, Костромская, Курганская, Мурманская, Нижегородская, Оренбургская, Самарская, Свердловская, Ульяновская, Челябинская, Ярославская области; Красноярский, Хабаровский края; республики Карелия, Коми, Ямало-Ненецкий автономный округ.

Пятерка лидеров впервые за последние несколько лет претерпела изменения: позицию прошлого года на фоне непростой ситуации по нескольким компонентам рэнкинга потерял ЯНАО, при этом позитивная динамика показателей Санкт-Петербурга позволила ему присоединиться к лидерам. Остальные участники группы остались неизменными: это Москва, Краснодарский, Приморский края, Республика Татарстан.

Талия Минулина,
руководитель Агентства инвестиционного развития Республики Татарстан:

«В республике выстроена многоуровневая система взаимодействия с инвесторами, охватывающая как республиканский, так и муниципальный уровни. Инвестиционный совет под председательством Раиса Республики Татарстан Рустама Нургалиевича Минниханова выступает ключевой площадкой для рассмотрения значимых проектов и оперативного решения возникающих вопросов. В 2025 году проведено 29 заседаний. Параллельно активизирована работа 45 муниципальных инвестиционных советов – проведено 146 заседаний, рассмотрено 329 проектов, из которых 272 получили одобрение. Такая вертикаль обеспечивает всестороннее сопровождение проектов на всех этапах их реализации. Личное вовлечение главы региона в работу с инвесторами – во многом ключевой фактор успеха Татарстана».

Анатолий Гарбузов,
министр правительства и руководитель департамента инвестиционной и промышленной политики города Москвы:

«Работа по повышению инвестиционной привлекательности и улучшению инвестиционного климата является одной из ключевых для Москвы ввиду значительной концентрации деловой активности.

В рамках реализации этой задачи устранены барьеры межведомственного взаимодействия, благодаря чему сложные вопросы бизнеса рассматриваются комплексно на заседаниях проектного офиса по улучшению инвестиционного климата Москве, решения которого обязательны для исполнения органами власти столицы».

Иван Складчиков,
председатель Комитета по инвестициям Санкт-Петербурга:

«Высокая инвестиционная привлекательность и благоприятный инвестиционный климат формируются в Санкт-Петербурге благодаря широкому спектру мер государственной поддержки инвесторов. Так, конкурс «Инвестор года» является одной из мер поддержки и поощрения компаний, осуществляющих инвестиционную деятельность на территории города».

Таблица 1. Распределение регионов по уровням инвестиционной привлекательности^*

Источник: расчеты агентства «Эксперт РА» по данным Росстата, ЦБ РФ, портала «Электронный бюджет», МВД России, Минфина России, НИФИ, ЕМИСС

* Регионы располагаются в алфавитном порядке.

Медианная оценка инвестиционной привлекательности по итогам 2025-го немного выросла относительно значения 2024-го и составила 0,66 (при 0,59 годом ранее), оставаясь ниже пиковых значений 2023-го. В среднем рост индикаторов инвестиционной привлекательности продолжился, причем его темпы в секторах «Экономические ресурсы», «Социальные ресурсы», «Состояние окружающей среды» компенсировали негативные тенденции в секторах «Инфраструктурные ресурсы» и «Финансовые ресурсы».

На снижение медианных значений по оценке финансовых ресурсов оказали влияние рекордные дефициты региональных бюджетов и ухудшение ситуации с долговой нагрузкой на фоне замедления динамики налоговых и неналоговых доходов (преимущественно из-за снижения поступлений по налогу на прибыль организаций), что также сопровождалось ростом доли убыточных организаций. В инфраструктурном блоке заметно ослабление импульса прежних программ, в т. ч. национальных проектов, ведь 2024–2025 годы – это переходный период между завершением старых проектов и стартом новых. По отдельным параметрам блока позитивная динамика не только замедлилась, но и ушла в отрицательную зону. На строительном секторе продолжает сказываться высокая ключевая ставка ЦБ, снижается ввод жилья. Снижается также обеспеченность населения кредитными организациями при негативных тенденциях по некоторым индикаторам социальной инфраструктуры (сокращение обеспеченности больничными койками, рост доли учащихся во вторую и третью смены).

Увеличение медианных значений по экономическому блоку дала позитивная динамика большинства показателей. Из них часть показателей привязана к ключевому индикатору региональной экономики – ВРП, публикация которого в настоящее время ограничена 2024 годом. В т. ч. выросла доля инвестиций в ВРП, доля МСП в ВРП. Несмотря на то что динамика инвестиций в 2025 году неутешительная (-2,3% в сопоставимых ценах), ее компенсируют другие индикаторы (в т. ч. увеличение занятых в ИП, снижение неформальной занятости). Превалирующая часть компонент социального блока также выросла, в т. ч. потребительская активность (душевые обороты торговли, платных услуг) параллельно с продолжающимся увеличением доходов населения (в реальном выражении на 7,7% за год). Ряд экологических параметров регионов также улучшился, о чем говорит в т. ч. снижение относительно ВРП выбросов загрязняющих веществ в атмосферный воздух, сброса загрязненных сточных вод в поверхностные водные объекты, при этом вырос и объем затрат на капитальный ремонт основных фондов по охране окружающей среды (относительно ВРП). Несмотря на непростую ситуацию, регионы все же не забывают об экологии.

Описанные тенденции, по всей видимости, характерны для всех групп инвестиционной привлекательности, поскольку медианные значения по каждой из них выросли аналогично интегральной оценке (при более сдержанных тенденциях для регионов с умеренно низким уровнем инвестиционной привлекательности).

Прозрачность и доступность региональных данных – один из ключевых факторов, определяющих интерес инвесторов. Чем выше открытость, тем прочнее доверие к территории и тем сильнее ее позиции в борьбе за капитал. В этом направлении большинство субъектов демонстрируют положительную динамику, постепенно сокращая отставание от группы лидеров, которые стабильно получают высокие баллы по данным критериям. К регионам с высоким уровнем открытости в т. ч. относятся Саратовская, Самарская, Волгоградская, Калининградская, Ленинградская, Псковская, Смоленская, Курская, Оренбургская области, а также Республика Карелия. В то же время потенциал для улучшения сохраняется у многих регионов: не обновлены реестры системообразующих организаций, отсутствуют полные данные о банковском секторе, а перечни коммерческой недвижимости для бизнеса зачастую неполны. Традиционно невысокий уровень информационной доступности фиксируется у ряда регионов СКФО (Карачаево-Черкесская Республика, Республика Северная Осетия – Алания, Чеченская Республика, Республика Ингушетия).

Александр Марченко,
министр инвестиционной политики Саратовской области:

«Мы ушли от бюрократии и выстроили максимально понятную экосистему. Синергия нового министерства инвестиционной политики и Корпорации развития региона дала нам работающий механизм одного окна. Теперь ни один запрос инвестора не остается без внимания: команда региона включается в решение задач еще на старте, обеспечивая проекту зеленый свет на всех этапах.

Инвестиционная карта региона на постоянной основе пополняется новыми объектами и на сегодня включает свыше 400 площадок, доступных инвесторам.

В 2025 году в регионе внедрена и начала работу платформа обратной связи для бизнеса (ПОС Бизнес). Министерство инвестиционной политики определено единым центром обработки и координации всех обращений бизнеса в регионе через данную платформу».

Анна Чернова,
руководитель Агентства инвестиционного развития Волгоградской области:

«В регионе существуют как финансовые, так и нефинансовые меры поддержки субъектов предпринимательской деятельности: предоставление земельных участков в аренду без проведения торгов, а также субсидий, работа институтов развития и многое другое. Кроме того, Волгоградская область стала одним из первых субъектов РФ, где заработал региональный закон об инвестиционной политике».

Анатолий Гарбузов,
министр правительства и руководитель департамента инвестиционной и промышленной политики города Москвы:

«Одним из ключевых направлений является уменьшение административного давления. Это в т. ч. возможно благодаря уникальному электронному сервису «Московский инвестор», который в 2024 году вошел в топ-100 конкурса «Сильные идеи для нового времени», а также является лучшей региональной практикой для обработки обращений бизнеса и включен для тиражирования в рамках платформы АНО «Агентство стратегических инициатив по продвижению новых проектов» по поиску и обмену эффективными региональными управленческими практиками».

Инфраструктурный импульс затухает

В 2025 году оценки одного из ключевых факторов инвестиционной привлекательности – инфраструктурных ресурсов – продемонстрировали снижение. Федеральная поддержка остается одним из драйверов развития этого блока. По сути, основной импульс, в т. ч. через реализацию инфраструктурного меню был создан ранее и сейчас он постепенно ослабевает. Напомним, что в 2021–2024 годах была распределена основная часть инфраструктурных бюджетных кредитов (ИБК), в 2023-м также выдавались специальные казначейские кредиты (СКК) для финансирования инфраструктурных проектов в регионах (190 млрд рублей), были предоставлены бюджетные кредиты на пополнение остатка средств на едином счете бюджета в общем объеме до 180 млрд рублей для опережающего финансирования строительства, реконструкции, капитального и текущего ремонта. С 2025 года осуществился переход к новому инструменту – казначейским инфраструктурным кредитам (КИК), эффективность которых предстоит оценить в дальнейшем. Не стоит забывать, что в 2024–2025 годы наблюдались максимальные уровни ключевой ставки для сдерживания инфляции, к этому моменту заметно подорожали проекты и фиксировалась их частичная задержка (более 50% новых КИК пошли на завершение ранее отобранных проектов²), стоимость дополнительных заемных ресурсов и ограничения бюджетных возможностей на фоне снижения налога на прибыль организаций также имели свой эффект. Таким образом, для тех, кто оттягивал реализацию проектов на 2024–2025 годы, результативность могла оказаться небольшой. Высокая стоимость заемных ресурсов сказывается на динамике ввода жилья – в 2025 году ввод жилья в многоквартирных жилых домах снизился с 45,5 до 44,6 млн кв м (соответственно сократились и подушевые показатели). Также сократилась обеспеченность кредитными организациями: территориальное присутствие действующих кредитных организаций снизилось преимущественно за счет оптимизации дополнительных офисов, представительств и филиалов (сокращение по всем форматам на 7% в количественном выражении). По отдельными индикаторам обеспеченности в сфере здравоохранения (обеспеченности больничными койками) и образования (доли учащихся во вторую и третью смены) также есть ухудшения.

Как итог, сложившаяся динамика показателей инфраструктурного блока способствовала снижению медианного значения с 0,27 до 0,23, при этом разрыв между лидером и аутсайдером в оценке сократился – территориальная равномерность улучшилась прежде всего за счет замедления в эшелоне лидеров.

Александр Марченко,
министр инвестиционной политики Саратовской области:

«Готовая инфраструктура – главное конкурентное преимущество региона в борьбе за инвестора. В области продолжается создание площадок, обеспеченных всей необходимой инфраструктурой».

Таблица 2. Топ-10 регионов с наиболее высокими и низкими интегральными оценками по инфраструктурным ресурсам^*

Источник: расчеты агентства «Эксперт РА» по данным Росстата, ЕМИСС

* Регионы располагаются в алфавитном порядке.

В десятку лидеров по развитию инфраструктурных ресурсов вошли регионы с наиболее высоким уровнем и динамикой развития транспортных сетей, торговых площадей, систем воздушного и городского пассажирского транспорта, информационно-коммуникационной, образовательной и культурной инфраструктур. В десятке лидеров шесть регионов обновилось по сравнению с предыдущим годом. Присоединившиеся к лидерам регионы продемонстрировали улучшение как минимум 2/3 показателей, а в Тульской и Владимировской областях это значение достигло 80%.

Талия Минулина,
руководитель Агентства инвестиционного развития Республики Татарстан:

«Одним из ключевых конкурентных преимуществ региона является опережающее развитие промышленной и инженерной инфраструктуры. Эффективно функционирует восемь федеральных преференциальных территорий, более 100 промышленных площадок с готовыми коммуникациями, что позволяет инвесторам минимизировать сроки запуска производств. Данный подход существенно сокращает административные и временные издержки бизнеса».

Татьяна Чуксина,
министр экономического развития и инвестиций Пермского края:

«Одной из сильных сторон региона является развитая система преференциальных режимов и подготовленной инфраструктуры: особая экономическая зона, две территории опережающего развития, разветвленная транспортная инфраструктура, собственные природные ресурсы и квалифицированная рабочая сила. Для инвестора это означает выбор площадки под конкретную модель проекта, а не единственный доступный вариант».

Десятка отстающих по инфраструктурным ресурсам оказалась более стабильной, и в ней обновилось только три региона. В Кабардино-Балкарской Республике и Белгородской области около 60% индикаторов блока сократилось, а Волгоградскую область в большей мере потянули вниз индикаторы, которые в контексте всех регионов показали наиболее значимое снижение, в т. ч. обеспеченность кредитными организациями, производство электроэнергии на душу населения, качество автомобильных дорог (при умеренно негативной динамике ряда других показателей).

Глобальные проблемы инфраструктурной обеспеченности регионов известны уже продолжительное время. Это в т. ч. отсутствие железных дорог в ряде дальневосточных регионов и регионов юга Сибири, низкое качество автомобильных дорог (в 16 регионах менее 50% автомобильных дорог регионального и межмуниципального значения соответствует нормативным требованиям, в девяти регионах доля дорог с твердым покрытием в общей протяженности автомобильных дорог общего пользования не превышает 60%). Остаются вопросы к обеспеченности образовательными учреждениями, не менее 30% учащихся в трех регионах обучаются во вторую и третью смены (в организациях начального, основного и среднего общего образования). При сложившихся тенденциях сокращения ввода жилья в целом по стране остаются регионы, где он уже был крайне невысоким (например, ввод жилья в многоквартирных жилых домах в Мурманской области в 2025 году составил порядка 9 кв. м. на 1 тыс. населения, при среднестрановом значении около 300 кв. м.).

Социальные ресурсы регионов: позитивная динамика при сохранении кадровых рисков

Социальные ресурсы региона формируют фундаментальную основу его долгосрочной конкурентоспособности, напрямую задавая вектор качества жизни населения. Высокий уровень жизни выступает не только как индикатор благополучия, но и как ключевой фактор притяжения для мигрантов, студентов, туристов и, что критически важно, для инвесторов, которые при выборе площадки под новое производство оценивают прежде всего комфортные условия для будущего персонала. Неразрывно с этим связан и кадровый потенциал: доступность трудовых ресурсов с необходимой квалификацией является определяющим условием реализации инвестиционных проектов, делая регион привлекательным для размещения производительных сил.

В 2025 году большинство компонент интегрального блока социальных ресурсов продолжило улучшаться, что отразилось в росте медианной оценки с 0,15 до 0,20. Это касается в т. ч. потребительского сектора: несмотря на в среднем высокую ключевую ставку ЦБ, продолжился рост оборота розничной торговли, общественного питания, платных услуг населению. Сформировавшийся ранее импульс гонки заработных плат на фоне кадрового дефицита еще дает о себе знать, но уже есть явные признаки его дальнейшего ослабления. Так, реальные денежные доходы выросли в 2025 году на 7,7%, доля населения с доходами ниже границы бедности опустилась до 6,7% (с 7,1% в 2024-м). Вместе с тем при в среднем небольшом увеличении уровня занятости населения (с 61,4 до 61,5%) его медианное значение по субъектам РФ снизилось впервые за долгое время. Кроме того, при продолжающемся снижении безработицы с 2,5 до 2,2% в 2025-м ее уровень в девяти регионах сохранился на отметке прошлого года или увеличился. Наличие кадров является одним из ключевых условий размещения производств, а кадровый голод сохраняет свое влияние как барьер дальнейшего экономического развития.

Талия Минулина,
руководитель Агентства инвестиционного развития Республики Татарстан:

«При низком уровне безработицы (менее 1%) наблюдается дефицит специалистов узкого профиля. В связи с этим усиливается взаимодействие агентства с образовательными учреждениями, разрабатываются программы профессиональной подготовки и переподготовки кадров с учетом потребностей новых производств».

Александр Марченко,
министр инвестиционной политики Саратовской области:

«Главный вызов для инвестиционного потенциала Саратовской области сегодня – это кадры. Безработица в регионе на минимуме, в то же время у нас большое количество вакансий. Наша ключевая задача не просто найти людей, но и сформировать комплексную стратегию, чтобы высококвалифицированные специалисты и профессионалы в своей сфере не покидали области, а выбирали комфортное место для жизни, работы и развития».

Татьяна Чуксина,
министр экономического развития и инвестиций Пермского края:

«Сокращение дефицита кадров прямо заложено в цели высокопроизводительного инвестиционного налогового вычета: мы стимулируем предприятия закрывать кадровую потребность через автоматизацию и рост производительности. Тем не менее конкуренция за квалифицированных специалистов остается ограничением для роста инвестиционной активности, и кадровая повестка для нас – это прямой инвестиционный вопрос».

Помимо вышеотмеченных показателей, позитивные тенденции также наблюдаются в сокращении преступности, душевом потреблении алкоголя, снижении младенческой смертности – это все также характеризует улучшение качества жизни населения.

Таблица 3. Топ-10 регионов с наиболее высокими и низкими интегральными оценками по социальным ресурсам^*

Источник: расчеты агентства «Эксперт РА» по данным Росстата, МВД России, ЕМИСС

* Регионы располагаются в алфавитном порядке.

Свое место в десятке лидеров по развитию социальных ресурсов сохранили пять из 10 регионов: Москва и Санкт-Петербург, Краснодарский и Приморский края, а также Ростовская область. Это регионы с высоким уровнем доходов населения, потребительских расходов, развития сферы услуг.

В свою очередь в группе регионов с наихудшими оценками социальных ресурсов есть различные проблемы. Например, Республики Ингушетия, Северная Осетия – Алания и Тыва входят в топ-5 регионов с наименьшим уровнем занятости населения (менее 54%), а для первой еще и характерен наиболее высокий уровень безработицы в стране – более 25% (всего пять регионов – аутсайдеров по социальным ресурсам входят в топ-10 регионов с наиболее высоким уровнем безработицы). В среднем по регионам этой группы, за исключением НАО, наблюдается повышенный уровень бедности населения, при этом максимальная доля населения с доходами ниже прожиточного минимума – в Республике Ингушетия (25,3%) и Карачаево-Черкесской Республике (17,1%). В отдельных регионах сохраняются проблемы с преступностью (Забайкальский край и Республика Хакасия входят в топ-10 регионов по наибольшему количеству преступлений на душу населения), высокой младенческой смертностью (Республика Северная Осетия – Алания и НАО). На регионы, вновь вошедшие в список отстающих, значительное влияние оказал, например, рост младенческой смертности (Брянская область и Республика Коми) и уровня преступности (Республика Тыва), снижение уровня занятости (у всех пятерых новых регионов).

В текущем году видны отдельные тенденции замедления развития социальных ресурсов на фоне затухания кадрового дефицита. Так, в I квартале темпы реального роста доходов населения снизились до 2,6% при 8,3% за аналогичный квартал прошлого года. При этом в потребительском секторе на фоне снижения ключевой ставки ЦБ тенденции противоречивые: за январь – июнь 2026 года темпы увеличения розничной торговли оказались выше аналогичного периода 2025-го (+5,4 против +3,1%) при замедлении темпов роста платных услуг населению (+2,6 против 3,1%). Уровень безработицы в среднем по стране уже несколько месяцев находится на стабильном, но пока еще крайне низком уровне – 2,2% (за март – май 2026 года), по 16 регионам наблюдается увеличение скользящего среднего показателя за последние три месяца (но более чем у 20 регионов сокращение безработицы продолжается) – динамика безработицы перешла от общего тренда на снижение к территориальной неоднородности.

Экономические ресурсы: сдвиги на фоне неоднородной динамики

Экономические ресурсы показывают способность регионов вести производственно-хозяйственную деятельность результативно и эффективно, а учитывая сохраняющиеся условия макроэкономической нестабильности и жесткую ДКП, можно сказать, что последние справляются неплохо. Позитивная динамика большинства индикаторов блока обеспечила рост медианных значений (с 0,04 до 0,05), при этом часть показателей традиционно завязана на ключевом макроиндикаторе – валовом региональном продукте (ВРП). Среди зафиксированных позитивных трендов – увеличение доли инвестиций в ВРП и расширение сектора малого и среднего предпринимательства в структуре региональной экономики. Вместе с тем инвестиционная активность в 2025 году продемонстрировала спад (-2,3% в сопоставимых ценах), однако этот негативный сигнал частично нивелируется ростом других показателей: увеличением численности занятых в индивидуальном предпринимательстве и сокращением масштабов неформальной занятости, что свидетельствует о структурной перестройке рынка труда в легальное поле. Индекс промышленного производства в 2025 году, хоть и стал скромнее относительно 2024-го, остался в положительной зоне и составил 101,3%.

Между тем разрывы по экономическим ресурсам в разрезе регионов в настоящее время весьма заметные.

Таблица 4. Топ-10 регионов с наиболее высокими и низкими интегральными оценками по экономическим ресурсам^*

Источник: расчеты агентства «Эксперт РА» по данным Росстата, ЕМИСС

* Регионы располагаются в алфавитном порядке.

Десятка лидеров претерпела существенные изменения по сравнению с результатами предыдущего года (только два региона сохранили свои позиции), и обусловлено это в основном влиянием динамики показателей. При этом лидеры имеют в среднем умеренные параметры развития экономики (только у Чукотского автономного округа один из самых высоких ВРП на душу населения в связи с низкой численностью населения) с точечными конкурентными чертами. Так, Чукотский АО, Ленинградская область и Хабаровский край характеризуются высокой инвестиционной активностью (доля инвестиций в ВРП более 40% – входят в топ-5 регионов по показателю), первые два региона также в лидерах по инвестициям на душу населения. Республика Хакасия и Вологодская область имеют одни из самых значительных показателей развития МСП (доля МСП в ВРП выше 35%), Хакасия также входит в топ-10 регионов по занятым в ИП на душу населения. Существенной инновационной активностью характеризуются Кировская область и Хабаровский край, Удмуртская Республика (доля инновационных товаров, работ, услуг в процентах от общего объема отгруженных товаров, выполненных работ, услуг выше 12%). Также лидеры характеризуются в основном высоким уровнем обеления экономики. В восьми из 10 регионов доля населения, занятого в неформальном секторе, ниже среднероссийского уровня, при этом Чукотский АО (4,5%), Калужская (13,2%) и Ленинградская (14,0%) области входят в топ-10 регионов с наиболее низким неформальным сектором.

Талия Минулина,
руководитель Агентства инвестиционного развития Республики Татарстан:

«15% составил рост частных инвестиций в экономику Татарстана в 2025 году, что подтверждает устойчивый спрос на региональные проекты. Плюс 15% к частным инвестициям в основной капитал значит плюс 15% к экономической устойчивости и благоприятному инвестиционному климату, который предлагает сегодня Татарстан. Открываются компании с иностранным участием, развиваются проекты в муниципальных районах Татарстана, прорабатываются новые инвестпредложения.

В 2024-м мы перешагнули цифру в триллион рублей, а в текущем году приблизились к 1,5 трлн рублей. В точном измерении объем частных инвестиций составил 1 485,2 млрд рублей».

Людмила Запорожцева,
министр экономического развития Воронежской области:

«Привлечение инвестиций является приоритетом работы всех органов власти региона. Правительство Воронежской области прикладывает максимум усилий для поддержания высокого уровня инвестиционной активности и оперативно реагирует на просьбы и инициативы представителей бизнеса».

Перечень отстающих регионов также заметно изменился, что в значительной степени связано с ухудшением именно за последний год. В большей части регионов снизилась инвестиционная активность: доля инвестиций к ВРП сократилась в шести из 10 регионов, а показатель инвестиций на душу населения – в восьми из 10. Также как минимум в половине или более регионов наблюдалась негативная динамика по доле МСП в ВРП, отгруженной продукции на душу населения, неформальной занятости населения. Как итог, у отстающих регионов большинство параметров заметно хуже среднероссийского уровня. В Костромской и Архангельской областях, Республике Коми – одни из наиболее низких значений доли инвестиций к ВРП (менее 14%). Условия отстающих регионов для малого бизнеса не самые комфортные, хотя МСП является одним из важнейших факторов развития экономики. В семи из 10 регионах доля МСП в ВРП заметно ниже среднероссийского уровня (25,8%), при этом Республики Карелия и Коми входят в десятку худших по данному индикатору; Мурманская и Кемеровская области, Карачаево-Черкесская Республика также попадают в десятку отстающих по занятым в ИП на душу населения.

В текущем году экономическая динамика пока что неутешительная. В первые месяцы индекс промышленного производства отражал снижение и лишь позже вышел в слабоположительную зону (100,4% за январь – июнь), объем инвестиций в основной капитал за I квартал сократился на 14,3% к аналогичному периоду 2025 года, объем работ по сектору «Строительство» сократился за январь – июнь 2026-го на 5,0%.

Финансовые ресурсы регионов: стабильность ценой долга

Стабильность социально-экономической ситуации, которая так важна инвесторам и которая в значительной степени обеспечивается за счет финансовых ресурсов региональных бюджетов, в 2025 году сохранилась, но субъекты были вынуждены финансировать дефициты, наращивать долги на фоне снижения поступлений по налогу на прибыль организаций. В результате медианная оценка финансовых ресурсов снизилась с 0,06 до 0,05.

В 2025 году повышение доходов и ННД, в частности, составило только порядка 5% (при этом налог на прибыль организаций снизился более чем на 8%) после двузначных цифр роста нескольких предыдущих лет. На фоне опережающего увеличения расходов консолидированные региональные бюджеты завершили год с дефицитом 1,6 трлн рублей (7,4% от ННД), дефицит зафиксирован в 71 регионе. Смягчающим обстоятельством стало то, что дефицит был отчасти техническим и покрыт за счет остатков средств на счетах и казначейских инфраструктурных кредитов. Тем не менее в результате привлечения заимствований совокупный объем прямого консолидированного долга³ за 2025 год увеличился и в абсолютном выражении составил 3,6 трлн рублей, повышение долга было зафиксировано в 39 регионах (в ряде из них рост более чем в 1,5 раза). Объем бюджетных кредитов сократился в 62 регионах, что обусловлено реализацией механизма списания 2/3 бюджетных кредитов и плановым погашениям части кредитов. 

Таблица 5. Топ-10 регионов с наиболее высокими и низкими интегральными оценками по финансовым ресурсам^*

Источник: расчеты агентства «Эксперт РА» по данным Росстата, Федерального казначейства, Минфина России, ЦБ РФ, НИФИ, ЕМИСС

* Регионы располагаются в алфавитном порядке.

В 2025 году основной удар пришелся на более финансово самостоятельные регионы, поэтому динамика последних не позволила закрепиться в лидерах. В свою очередь те регионы, которые в значительной степени зависимы от федеральных поступлений, прошли этот период лучше. Все 10 регионов-лидеров завершили год с профицитом бюджета (относительно ННД наибольший в Чеченской Республике – 7%). Для всех регионов, кроме Республики Алтай, рост ННД на душу населения был не менее 14% (для шести субъектов повышение более 20% и максимальный по стране в Магаданской области – более чем на 40%). Все без исключения регионы группы показали сокращение долговой нагрузки, благодаря чему у всех, кроме Мордовии, прямой консолидированный долг к ННД не превышал 35%. Для большинства регионов данной группы в 2025 году снизилась доля убыточных предприятий и доля просроченной кредиторской задолженности организаций.

Что касается 10 отстающих регионов, то здесь крайне непростая ситуация с исполнением бюджета. Все без исключения показали двузначный уровень дефицита бюджета относительно ННД (максимальный размер превысил 30% в Вологодской области), что произошло на фоне снижения ННД в семи из 10 регионах и при слабой положительной динамике в оставшихся трех. Без заметного увеличения долга обошлась только Вологодская область, остальные нарастили долговую нагрузку не менее чем на 9 п. п., в результате чего показатель поднялся выше 50% в Кемеровской, Нижегородской и Томской областях (в последних двух – выше 60%). По результатам 2025 года долю убыточных организаций заметно нарастили Сахалинская область (до 44,6%) и Республика Коми (до 44,6 и 42,7% – в топ-10 худших), что по совокупности повлияло негативно на их позиции по финансовым ресурсам.

После рекордных дефицитов 2025 года регионы стараются, чтобы динамика затрат соответствовала доходной части или не опережала ее. За шесть месяцев доходы выросли 8,2% (в т. ч. ННД на 9,7%) при увеличении затрат на 5,7%. Динамика налога на прибыль организаций по-прежнему неустойчивая: за шесть месяцев поступления выросли на 7,1% (к аналогичному периоду 2025 года), хотя за пять месяцев наблюдалось его снижение (-0,7%). В свою очередь федеральный центр предлагает инструменты смягчения бюджетных проблем – списывает бюджетные кредиты (при определенных условиях), прорабатывает варианты переноса сроков их погашения, а также вводит казначейские кредиты для ежемесячной компенсации бюджетного разрыва. Это может позволить снизить темпы роста долговой нагрузки, но не решит проблему долгового бремени регионов, если они не продолжат следить за расходной частью бюджета.

Окружающая среда остается перспективным направлением

Несмотря на непростые условия текущего времени, состояние окружающей среды в регионах не уходит из повестки, привлекая все большее общественное внимание к экологической проблематике. В 2025 году объем инвестиций в основной капитал, направленный на охрану окружающей среды и рациональное использование природных ресурсов, в текущих ценах вырос на 9%, опережая динамику инвестиций в основной капитал по всем направлениям (+7% в текущих ценах). Выросли также текущие (эксплуатационные) затраты на охрану окружающей среды в среднем по стране на 10% и затраты на капитальный ремонт основных фондов по охране окружающей среды на 9%. Динамика затрат дает соответствующий эффект и на натуральных показателях, например, выбросы загрязняющих атмосферу веществ стационарными и передвижными источниками сократились на 4%. В конечном итоге экологический блок продемонстрировал некоторые улучшения (медианное значение выросло с 0,04 до 0,05), несмотря на неоднородную территориальную картину.

Таблица 6. Топ-10 регионов с наиболее высокими и низкими интегральными оценками по состоянию окружающей среды^*

Источник: расчеты агентства «Эксперт РА» по данным Росстата, ЕМИСС

* Регионы располагаются в алфавитном порядке.

В топ-10 лидеров по состоянию окружающей среды вошли регионы с наиболее позитивной динамикой и высоким набранным уровнем экологических индикаторов. Во всех 10 регионах снизился объем выбросов загрязняющих веществ в атмосферный воздух, отходящих от стационарных источников и объем выбросов вредных (загрязняющих) веществ в атмосферный воздух от автомобильного транспорта (к ВРП). Аналогичная ситуация с выбросами загрязненных сточных вод в поверхностные водные объекты (к ВРП) и схожая по доле уловленных и обезвреженных загрязняющих атмосферу веществ (снижение наблюдалось только в Белгородской и Воронежской областях). Динамика затратных показателей на экологию для большинства регионов группы также позитивная, при этом три региона (Тульская и Воронежская области, Республика Татарстан) занимают лидирующие позиции в стране по оценке качества окружающей среды (балл выше 123).

Для восьми из 10 отстающих регионов снизилась оценка качества окружающей среды (в Чувашской Республике, Республиках Северная Осетия – Алания и Саха (Якутия) сокращение составило более чем 20 п. п.). Чувашская Республика, Республики Марий Эл и Саха (Якутия) входят в пятерку регионов с худшими оценками данного параметра по итогам 2025 года. Хотя в большинстве данных регионов выбросы в атмосферу и сточных вод (к ВРП) также уменьшаются, доля уловленных и обезвреженных загрязняющих атмосферу веществ снизилась везде, за исключением Астраханской области и Республики Алтай. Расходы и инвестиции в сфере охраны окружающей среды в большинстве отстающих регионов сократились.

В текущем году регионы продолжают реализовывать экологические инициативы в рамках нацпроекта «Экологическое благополучие», который стартовал с 01.01.2025, и до 2030-го на него закладывается 1,3 трлн рублей, включая региональные и внебюджетные средства.

Инвестпривлекательность регионов в 2026 году: сдержанные ожидания

Начало текущего года продемонстрировало сдержанную динамику ряда социально-экономических и бюджетных показателей, скорее всего данные тенденции будут характерны и для итогов 2026-го, и для большинства показателей рэнкинга инвестиционной привлекательности. В значительной степени сдержанные подходы инвесторов, выражающиеся в сокращении инвестиций, продиктованы жесткой ДКП, а не резким снижением инвестиционного потенциала регионов. Наоборот, сейчас формируется отложенный спрос, и потенциал у регионов есть, но его раскрытия придется подождать. На фоне охлаждения экономики напряженность на рынке труда в большинстве регионов уже перестала нарастать, поэтому острота дефицита кадров для инвесторов может постепенно отойти на второй план.

Татьяна Чуксина,
министр экономического развития и инвестиций Пермского края:

«Жесткие денежно-кредитные условия сдерживают инвестиционную активность прежде всего среднего бизнеса. Мы компенсируем это региональными инструментами – микрозаймами и займами, поручительствами Корпорации развития МСП, независимыми гарантиями участникам закупок по ставке 1,5%, льготным лизингом от 4% годовых, – но полностью нивелировать этот фактор на региональном уровне сложно».

Для отдельных регионов макроэкономическая конъюнктура остается ключевым фактором. Так, на фоне исторических максимумов цен на золото и увеличения объемов добычи золотодобывающие регионы (Чукотский автономный округ, Магаданская область, Камчатский край) показывают рекордные цифры роста бюджетных доходов, а нефтегазовые субъекты (Тюменская область, Ненецкий автономный округ, Республика Коми, Сахалинская область) демонстрируют снижение из-за падения нефтегазовых доходов и действия санкционных дисконтов на нефть. 

Талия Минулина,
руководитель Агентства инвестиционного развития Республики Татарстан:

«Санкционные ограничения, высокая ключевая ставка и общая экономическая неопределенность требуют гибкости в подходах. Республика переориентирует внешнеэкономические связи на перспективные рынки, расширяет инструменты партнерского финансирования, включая исламские финансы, и продолжает диверсификацию инвестиционного портфеля».

В целом можно сказать, что в настоящее время большинство самодостаточных регионов чувствует на себе удар в большей степени, тогда как для более слабых ситуация складывается менее трагично. Для небольших регионов значительное влияние может оказать реализация отдельных проектов, что также видно по статистике – наибольший прирост индекса промышленного производства (по итогам I квартала) зафиксирован в Республике Северная Осетия – Алания (+23,9%), Калининградской (+19,2%) и Псковской (+17,2%) областях. Это говорит о том, что среди регионов появляются новые полюса роста, но они достаточно небольшие и, возможно, эпизодические, без долгосрочных перспектив динамики.

Бюджетные ограничения в ближайшее время, пожалуй, останутся одним из ключевых барьеров дальнейшего роста. Несмотря на то что правительство все больше предлагает инструментов для регионов (списание и перенос бюджетных кредитов, новые варианты управления ликвидностью), это вряд ли поможет компенсировать сдержанную динамику доходов, и им придется заниматься оптимизацией расходов. Если социальный блок – это защищенное направление, которое будет относительно стабильно, то капитальные расходы на инфраструктуру и экономику могут оказаться под вопросом. В т. ч. на фоне бюджетных ограничений поддержка регионов на широкую ногу в дальнейшем может также пересматриваться, это может затронуть и финансирование инфраструктуры в рамках нацпроектов. То, насколько регионы эффективно смогут перераспределить ресурсы, расставить приоритеты и найти новые возможности, во многом определит результат.

Александр Марченко,
министр инвестиционной политики Саратовской области:

«В настоящее время креативные (творческие) индустрии являются одним из динамично развивающихся секторов экономики. Они формируют добавленную стоимость и имидж территории. По итогам 2024 года вклад креативных индустрий Саратовской области в ВРП региона составил 2%.

Наша цель – превратить область в место притяжения квалифицированных кадров, где развитие моды, гастрономии, дизайна, IT и медиа создает престижный образ региона, в котором комфортно жить и работать».

 

Карта. Дифференциация инвестиционной привлекательности российских регионов

Оценка инвестиционной привлекательности регионов: краткая методология

Проведенная агентством оценка инвестиционной привлекательности основывалась на расчете 64 показателей, сгруппированных в пять блоков: инфраструктурные, экономические, социальные, финансовые ресурсы, состояние окружающей среды. Наибольший вес среди данных блоков у инфраструктурных (40%) и социальных (30%) ресурсов, так как для инвесторов существенное значение имеет сочетание развитой инфраструктуры и наличия производительной и квалифицированной рабочей силы. Остальные блоки имеют равные веса по 10%. Для расчетов применялись последние годовые статистические данные⁴ Федеральной службы государственной статистики, Центрального банка Российской Федерации, портала «Электронный бюджет», Минфина России, МВД России, НИФИ, ЕМИСС. Кроме того, в расчетах использованы динамика показателей за последний год и данные из чек-листов по информационной и географической доступности регионов, которые отражены в корректировке текущих значений параметров.

Итоговый индекс инвестиционной привлекательности регионов определяется по формуле:

IPj = 0,4xIj + 0,1xEj + 0,3xSj + 0,1xFj + 0,1xOj,

где:

IPj – интегральный показатель инвестиционной привлекательности j-го региона;

Ij – интегральный показатель оценки инфраструктурных ресурсов j-го региона;

Ej – интегральный показатель оценки экономических ресурсов j-го региона;

Sj – интегральный показатель оценки социальных ресурсов j-го региона;

Fj – интегральный показатель оценки финансовых ресурсов j-го региона;

Oj – интегральный показатель оценки состояния окружающей среды j-го региона.

Показатели, характеризующие уровень инфраструктурных ресурсов

Оценка комплекса инфраструктурных факторов позволяет определить обеспеченность региона объектами социальной, производственной и технологической инфраструктур. Развитая инфраструктура региона – один из главных факторов инвестиционной привлекательности. Инвесторы, которые рассматривают ту или иную территорию в целях захода, оценивают не только производственную и технологическую инфраструктуру, но и то, насколько комплексна в регионе социальная инфраструктура, – для них это очень важно.

Таблица 2. Показатели для оценки инфраструктурного блока

Источник: данные агентства «Эксперт РА»

Показатели, характеризующие уровень экономических ресурсов

Уровень развития экономики региона имеет большое значение для инвестиционной привлекательности, он показывает способности субъекта вести производственно-хозяйственную деятельность результативно и эффективно.

Таблица 3. Показатели для оценки экономического блока

Источник: данные агентства «Эксперт РА»

Показатели, характеризующие уровень социальных ресурсов

Наличие социальных ресурсов определяет уровень и качество жизни населения, которые являются одними из самых значимых источников конкурентных преимуществ региона. Чем выше качество жизни, тем притягательнее он не только для жителей, мигрантов, студентов, туристов, но и инвесторов. Выбирая место для нового предприятия, инвесторы обязательно учитывают, в каких условиях будет жить работающий на нем персонал. Кроме того, доступность трудовых ресурсов, в т. ч. необходимой квалификации является важнейшим условием инвестиционной привлекательности региона.

Таблица 4. Показатели для оценки социального блока

Источник: данные агентства «Эксперт РА»

Показатели, характеризующие уровень финансовых ресурсов

Достаточный объем финансовых ресурсов определяет финансовую самостоятельность региона, обеспечивает стабильность общественно-политической и национально-этнической ситуации, что является одним из необходимых факторов его инвестиционной привлекательности.

Таблица 5. Показатели для оценки финансового блока

Источник: данные агентства «Эксперт РА»

Показатели, характеризующие уровень состояния окружающей среды

Регионы с менее благоприятной окружающей средой малопривлекательны для инвесторов.

Таблица 6. Показатели для оценки состояния окружающей среды

Источник: данные агентства «Эксперт РА»

Расчет каждого интегрального показателя основан на применении сравнительного анализа. На основании критериев развития регионов рассчитывается ряд аналитических показателей. По каждому параметру в разрезе регионов определяется максимальное или минимальное (в зависимости от сути показателя) значение, и ему присваивается индекс, равный единице.

На основании динамики данных показателей за последний год итоговое значение текущих показателей корректировалось на -1, -0,5, 0, 0,5, 1 балл в зависимости от того, на сколько был рост/снижение значения показателя по сравнению с данными предыдущего года.

Также была осуществлена корректировка уже итогового интегрального показателя за информационную доступность и географические факторы. Корректировка осуществлялась на основании данных чек-листа, полученных экспертным путем. Расчет проводился с применением сравнительного анализа.

Таблица 7. Чек-лист

Источник: данные агентства «Эксперт РА»

По итогам интегральной оценки регионы были отнесены к трем группам инвестиционной привлекательности: А, В, С, характеризующим инвестпривлекательность регионов на высоком, среднем и низком уровнях соответственно. Группы А и В поделены на три подгруппы. В группу с высоким уровнем инвестиционной привлекательности вошло 25 регионов, со средним – 45, с низким – 15.  

Таблица 8. Уровни инвестиционной привлекательности регионов

Источник: данные агентства «Эксперт РА»